Мысль о том, что она не на своем месте, никак не оставляла голову Долорес. И поэтому она все же поборола упрямое нежелание как-то высовываться, перестала игнорировать всеми понятный факт, что давно водрузила на свои плечи немало ответственности, да пошла в командный пункт, чтобы заявить о себе. Она предвкушала пятнадцать минут позора, зная наверняка, что военные дядьки не захотят прислушиваться к какой-то возомнившей дохрена о себе бабе.