Вся карьера Мэтта началась именно с трав. Простых, неказистых, никем не оприходованных. Собранные по всем доступным местам, то есть от микроскопических городских газончиков и до пригородных заросших пустырей, они выглядели не то букетом, не то веником. Вот только это лечило людей. Спасало даже жизни — не в последний момент, конечно, но всяко срабатывали до того, как болячки обрастут побочками и начнут тянуть в гроб. А то и просто в наспех сколоченный фанерный ящик, ведь основной целевой аудиторией были бедняки, которые не могли себе позволить тратиться на врачей и аптеки. Для более обеспеченных людей, конечно, это всё казалось игрой.